Кто такие амазонки и как их образ обыгрывали в поп-культуре

Один из самых известных древнегреческих сюжетов — о государстве грозных и свободных женщин, которые живут без мужчин и без брака и ведут свой род от бога войны Ареса. «Но существовали ли амазонки на самом деле?» — задаются вопросом историки и археологи вот уже много столетий. Воительницы якобы сражались с Гераклом и Ахиллом, осаждали Афины и участвовали в Троянской войне. Даже само название их народа остается загадкой: античные авторы предлагали десятки объяснений, от «безгрудых» до «мужеубийц». Страну амазонок помещали то в Малую Азию, то в причерноморские степи, то на берега Каспия, то в Африку — если нанести на карту все места, где вроде как появлялись воительницы, окажется, что они завоевали пол-Европы и треть Азии.

Не так давно в издательстве «Альпина нон-фикшн» вышла книга «Дочери Ареса: История античных амазонок». Журналист Ольга Колобова и археолог Валерий Иванов, пишущие под псевдонимом Олег Ивик, честно признаются, что не знают, существовали ли амазонки на самом деле, хотя хотели бы в это верить. Археологические раскопки, увы, не обнаруживают никаких чисто женских поселений или государств. Да, женщин с оружием в курганах находят, но мужчин-воинов в тех же местах всегда было больше.

И всё же нельзя не признать, что античные авторы — от Гомера до Геродота — рассказывают об амазонках, как о реальном народе. Возможно, в основе мифа о нем лежали встречи греков с воинственными кочевницами — савроматками и скифянками из южнорусских степей. Хотя и тут не всё просто: когда антропологи в конце XX века внимательно изучили женские захоронения с оружием, выяснилось, что часть амазонок на поверку оказались мужчинами, которые просто любили зеркальца и косметические ложечки.

Факт остается фактом: образ женщины-воительницы, не зависящей от мужчин и способной постоять за себя, оказался настолько живучим, что сохранился до наших дней, и дочери Ареса продолжают вдохновлять художников и режиссеров. О том, как древний миф превратился в один из самых популярных архетипов современной культуры, — в нашем материале.

Чудо-женщина

Пожалуй, самая известная амазонка современности — героиня комиксов, могучая принцесса Диана с острова Фемискира. Когда Диана покидает остров и попадает в мир людей, она берет имя Диана Принс, чтобы утаить свою истинную личность (так же Супермен притворялся журналистом Кларком Кентом). Созданная в 1941 году психологом Уильямом Моултоном Марстоном, Чудо-женщина изначально задумывалась как положительный женский образ для подростков. Марстон считал, что комиксы слишком много внимания уделяют грубой мужской силе, и хотел показать, что женщина может быть сильной, но при этом сохранять сострадание и мудрость. Интересно, что создатель персонажа вдохновлялся и античными мифами, и реальными суфражистками — борцами за женские права.

В отличие от классических амазонок, которые в античных источниках часто враждебны мужчинам, Диана Принс стала символом гармонии. Ее остров населен мудрыми воительницами, которые не отвергают мужской мир, а стремятся его исправить. Можно сказать, что этот подход оказался пророческим, ведь в эпоху феминизма образ женщины-защитницы, которая борется не против мужчин, а за справедливость, оказался куда более востребованным, чем классическая амазонка-«мужеубийца».

Сверхпопулярный телесериал, в котором главную роль исполнила Линда Картер, закрепил за персонажем статус культурной иконы XX века. Фильм 2017 года с Галь Гадот показал, как можно переосмыслить античный миф для современной аудитории: сохранить героическую суть амазонок, но избавиться от архаичной враждебности к противоположному полу. Успех картины доказал, что образ женщины-воительницы по-прежнему находит отклик у зрителей, причем и женщин, и мужчин, готовых принять сильную героиню как равную.

Зена — королева воинов

Сериал 1995–2001 годов с Люси Лоулесс стал культовым явлением, хотя начинался как спин-офф другого проекта — «Удивительные странствия Геракла». Создатели не планировали делать из Зены главную героиню, но харизма актрисы и неожиданная популярность персонажа заставили пересмотреть планы. В результате получился оригинальный продукт — сериал, который одновременно пародировал и развивал античную мифологию и создавал собственную вселенную со своими правилами.

Зена формально не была амазонкой, но воплотила все ключевые черты древних воительниц: независимость, превосходные боевые навыки и сложные отношения с мужским миром. Однако, в отличие от традиционных дочерей Ареса, она не избегала мужчин, а превосходила их в их собственной игре. Ее чакрам — круглое метательное оружие — стал таким же узнаваемым атрибутом, как лассо Чудо-женщины или молот Тора киновселенной Marvel.

Сериал смело экспериментировал с форматом: в нем были и комедийные эпизоды, и музыкальные номера, и философские размышления о природе добра и зла. Особую роль в успехе проекта сыграла дружба Зены с Габриэль — начинающей писательницей, которая стала ее спутницей и моральным компасом. Их отношения эволюционировали от наставничества до глубокой привязанности, что породило целую субкультуру поклонников, видевших в поведении героинь нечто большее, чем просто дружбу. Создатели сериала намеренно поддерживали двусмысленность, понимая, что она привлекает дополнительную аудиторию. В итоге «Зена» стала одним из первых мейнстримных проектов, где отношения между женщинами-героинями были центральной темой.

Сара Коннор

Героиня франшизы «Терминатор» прошла один из самых радикальных путей трансформации в истории кино. В первом фильме 1984 года Сара была официанткой, беззащитной жертвой обстоятельств, но уже во втором фильме «Судный день» (1991) Линда Хэмилтон предстала в совершенно ином образе — мускулистой, отчаянной воительницы, готовой на всё ради защиты сына.

Трансформация Сары Коннор отразила изменения в обществе 1980–1990-х годов. Если в начале десятилетия женские персонажи в боевиках были преимущественно жертвами или наградой для героя, то к концу периода появился новый архетип — женщина, способная постоять за себя и свою семью. Сара стала одной из первых final girl в жанре научной фантастики — персонажем, который не только выживает, но и активно борется с угрозой. Например, ее знаменитая сцена с подтягиваниями в психиатрической больнице стала иконической.

В отличие от амазонок античности, Сара не отвергала материнство — наоборот, именно роль матери будущего лидера сопротивления Джона Коннора стала источником ее силы. Этот подход оказался революционным: материнский инстинкт не делал женщину слабой, а превращал в непобедимую воительницу. Образ Сары Коннор повлиял на целое поколение женских персонажей в экшен-фильмах — от Беатрикс Киддо в «Убить Билла» до Фуриосы из франшизы «Безумный Макс».

Арья Старк

Младшая дочь лорда Винтерфелла из саги Джорджа Мартина «Песнь льда и пламени» и сериала «Игра престолов» стала одним из самых популярных персонажей современной фэнтези. В мире, где женщины традиционно играют роль пешек в политических играх мужчин, Арья с детства отвергла предписанную ей судьбу. Вместо вышивания и танцев она предпочла уроки фехтования и мечтала стать рыцарем. Ее путь от избалованной аристократки до безликого убийцы растянулся на восемь сезонов сериала.

Арья воплотила современное понимание женской силы: она не обладала сверхчеловеческими способностями или магическими артефактами, но компенсировала физические недостатки хитростью, упорством и готовностью к жертвам. Ее обучение в Черно—белом доме превратило девочку в профессионального ассасина, способного менять лица и убивать врагов их же оружием. В отличие от классических амазонок, которые сражались открыто, Арья предпочитала действовать из тени, что делало ее еще более опасной.

Кульминацией ее истории стала битва с Королем Ночи в восьмом сезоне, где маленькая девочка-убийца сумела сделать то, что не удавалось величайшим воинам Вестероса. Этот момент вызвал бурные споры среди фанатов — одни видели в нем логичное завершение арки персонажа, другие считали, что честь убить главного антагониста должна была достаться Джону Сноу. Тем не менее образ Арьи Старк показал, что амазонки могут побеждать не грубой силой, а умом и решимостью.

Популярность персонажа во многом определила успех всего сериала среди молодой женской аудитории. Арья стала символом девочки, которая отказывается быть хорошей по чужим стандартам и создает собственную судьбу. Фраза ее наставника «У девочки нет имени» стала вирусной в Интернете, а список людей, которых Арья планировала убить, — одной из самых запоминающихся сюжетных линий сериала. В эпоху, когда обсуждаются традиционные гендерные роли, Арья Старк показала альтернативную модель взросления для девочек — путь воина, а не придворной дамы.

Заключение

Интересно, что современные амазонки отвечают на те же вопросы, которые ставили перед собой античные авторы. Древнегреческий географ и историк Страбон когда-то сомневался: могут ли женщины существовать без мужчин? Создатели «Чудо-женщины» и «Зены» дали свой ответ — да, но зачем, если можно строить отношения на равных. Древние греки спорили о том, способны ли женщины быть воинами. Линда Хэмилтон в образе Сары Коннор и Мэйси Уильямс в роли Арьи Старк этот спор окончательно закрыли. Получается, поп-культура не эксплуатирует античный миф, а ведет с ним непрерывный диалог через столетия.

Этим, вероятно, и объясняется удивительная живучесть образа амазонок. Как показывает книга «Дочери Ареса», даже античные авторы не могли прийти к единому мнению о том, существовали ли воительницы в реальности, но они, вероятно, интуитивно понимали: идея справедливого общества, где женщины обладают равной с мужчинами силой и властью, слишком привлекательна, чтобы от нее отказаться.