Мы используем файлы cookies. Продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с этим. Узнать больше о cookies

Издательство «Альпина Паблишер» 123007, Москва, 4-я Магистральная улица, дом 5, строение 1 +74951200704
следующая статья
8 правил, которые помогут слушать музыку осознанно

8 правил, которые помогут слушать музыку осознанно

Сегодня международный день музыки. В честь праздника мы заглянули в книгу профессиональной скрипачки и журналистки Ляли Кандауровой «Как слушать музыку», чтобы научиться относиться к музыке более уважительно — понимать её, уделять ей время, а не просто ставить фоном во время более приоритетных дел. Предлагаем вам ознакомиться с основными правилами, которые помогут это сделать.

А если вы уже умеете слушать музыку правильно, приходите на концерт «Мама, я меломан» в Московскую филармонию 9 октября. Московский государственный академический симфонический оркестр под управлением Павла Когана исполнит произведения Листа, Мусоргского, Грига и других великих композиторов. Подробнее о мероприятии — на сайте Московской филармонии.

Правило первое — не стройте границы

Как думает большинство? Существует «нормальная музыка». Простая, сильная, актуальная, понятная, увлекательная, с драйвом. Например, рэп или техно. И какая-то далёкая «классическая музыка»: консерватория, Моцарт в парике и красном камзоле, блестящий бок виолончели, алые розы на белом рояле, оперные певицы с нелепо раскрытыми ртами. Всё, что у нормального человека вызывает в лучшем случае скуку, в худшем — иронический смех.

Внимание: на самом деле нет «большой» и «малой» музыки.

Нет музыки на каждый день и для специальных случаев, как выходной костюм (который на самом деле не носишь вообще никогда). Нет системы «высокое и низменное», где Моцарт располагается выше, чем, например, любимая панк-команда. Нет правила, согласно которому музыку в одном случае надо слушать, подпевая и прыгая, а в другом — сидя на стуле со значительным лицом.

Музыка может быть простой и сложной — это факт. Она может быть элементарно устроена (и это не значит, что она плохая), а может быть невероятно замысловатой. Может быть вульгарной и изысканной. Может быть популярной или странноватой, «не для всех».

Главное — все эти эпитеты могут касаться и так называемой классики, и всей остальной музыки. Разделение на стили полезно разве что в музыкальном магазине — чтобы знать, на каком стеллаже найти нужную пластинку.

Впрочем, и тогда задаёшься вопросами: почему этот артист попал в «рок», а не в «поп»? Почему этот — в «электронике», а не в «классике»? А этого кто поставил в «классику» — ведь это чистый поп? [...]

Правило второе — не слушайте музыку фоном

…Если, конечно, вы хотите в ней разобраться. По той же причине вам не придёт в голову в фоновом режиме смотреть кино, разглядывать картину или читать роман. Это касается абсолютно любой музыки, которую вы хотите «прочесть» и испытать тем самым «требовательным слухом», о котором мы говорили выше. Найдите время и посвятите ей всё своё внимание — конечно, если считаете, что именно этой музыке есть, что рассказать вам.

Это немного проще сделать, если вы слушаете музыку на физическом носителе. Представьте: вы потратили время на поиск и выбор, например, виниловой пластинки, вложили деньги в её покупку. И вот вы пришли домой, распаковали конверт, держите довольно крупный, требующий осторожного обращения предмет (а в некоторых случаях он ещё и «намагничен» историей). Наверняка тогда вы проникнетесь уважением к церемонии слушания музыки. Однако если вы слушаете mp3 в наушниках, внимательное «прочтение» тоже возможно: пусть на ходу, в дороге, во время прогулки, — но поместите музыку в центр вашего внимания, не выполняя параллельно никаких действий, более сложных, чем ходьба.

Вопрос: А если мне нравится делать уборку под Шуберта?

Прекрасно! Читать, работать, убирать в квартире, тренироваться, вести машину, готовить, есть и засыпать под музыку, действительно, очень приятно. Существует масса музыки (во всех стилях и жанрах!), настраивающей на отличный рабочий, тренировочный, сонный и пищеварительный лад. Но слушанием музыки это не называется. По-настоящему воспринять и проанализировать то, что вы слышите, у вас не получится. Понять свою реакцию на это — тоже.

Правило третье — знайте, что за музыку вы слушаете

Это может показаться забавным, но множество людей, оказываясь на концерте, говорят потом, что ходили «на Гергиева» или, хуже того, «на скрипку». Представьте, что вы читаете книгу, не зная ни её названия, ни автора, ни времени, которому она принадлежит, ни языка, на котором написана в оригинале. Или что вы пришли на выставку и долго рассматриваете картины, не уточняя, кем, когда, в какой стране и при каких обстоятельствах они написаны. Согласитесь: вряд ли кому-то захочется потратить время подобным образом! Не допускайте такого, очутившись на концерте.

Обязательно уточните, что исполняется, в каком порядке, из скольких частей состоит, когда начинается и заканчивается. Вам будет гораздо интереснее слушать, если вы будете понимать структуру сочинения и помнить, кем оно было создано. Посмотрите на фотографию или портрет композитора, узнайте, когда он жил и какое место занимает в музыкальной истории. Иногда такая информация приводится в программке или буклете, но ее очень просто узнать самостоятельно.

Правило четвёртое — слушайте разные исполнения

Мы любим слушать знакомые песни и сочинения даже сильнее, чем перечитывать книги или пересматривать фильмы. Уже известная музыка даёт нам ощущение покоя и контроля, а также иллюзию управления временем.

Поскольку музыка — это в прямом смысле искусство звучащего времени, нам приятно, наперекор пословице, входить дважды (и трижды, и десять раз) в одну и ту же реку.

Так мы можем вернуться в детство или в счастливый момент прошлого, или просто предугадывать повороты музыкальных событий.

В этом нет ничего плохого, однако именно классическая музыка (в отличие от не-классики) готовит нам здесь ловушку. Мы говорили выше, что в большинстве случаев — от ренессанса до авангарда — академическая музыка представляет собой текст, который могут по-разному сыграть разные исполнители. Этим она отличается, например, от рока, где исполнение — это и есть текст. Мы можем сказать, что соната Прокофьева исключительно хороша, но пианист X сыграл её посредственно. А вот сказать, что альбом Pink Floyd прекрасен, но сыгран и спет слабовато, будет абсурдом.

В неакадемической музыке существует культура кавер-версии («перепевания» одним артистом песни другого). Однако это не то же самое, что интерпретация в классике: каверы всегда осознанно вторичны относительно оригинала и позволяют себе куда больше свободы, соавторства, перепридумывания. В классике же оригинал отсутствует как таковой, и исполнители стараются максимально точно сыграть текст, но находят при этом способ привнести в свою трактовку особое художественное содержание.

Так вот: если мы часто слушаем полюбившееся классическое сочинение в одном исполнении, то мало-помалу склеиваем в своём восприятии одну конкретную трактовку и произведение вообще.

Нам кажется, что соната Прокофьева — и есть то, как наш любимый пианист Y её играет. Однако если мы услышим эту сонату в исполнении пианиста Z, то она покажется нам иной. Иногда — другой до неузнаваемости из-за разницы в темпах, произношении и артикуляции звука, строении фраз. Версия пианиста Z не дальше и не ближе к «оригиналу» сонаты, поскольку оригинала, напомним, не существует вообще.

Именно поэтому слушать знакомую музыку в разных исполнениях — так интересно: мы узнаем бессчётное множество подлинников одного сочинения. Из-за того, что текст нам уже знаком, мелкие нюансы и детали интерпретаций слышны очень хорошо. Иногда можно даже поймать исполнителя на неправильных нотах! Удовольствия в этом случае — ещё больше, а слушательский опыт накапливается стократ интенсивнее, чем при «утюжке» одной и той же трактовки любимой музыки.

Правило пятое — не соглашайтесь на суррогат

Существует такое явление, как поп-обработки классических хитов. Оно далеко не ново. Одна из знаменитых его исторических вех — пластинка «Hooked on classics», записанная в 1981 году британским Королевским филармоническим оркестром. Там под бодрый танцевальный бит звучали накрошенные в попурри шлягеры классической музыки — от Моцарта до Чайковского.

Сам по себе этот жанр неплох (вообще, нет ничего «плохого» или «предосудительного» в том, чтобы любить какое-то художественное явление). Более того, у него были свои уникальные вершины: послушайте альбом «Switched-on Bach» американки Венди Карлос, вышедший ещё раньше — в 1968 году: там музыка Баха звучит на винтажных модульных синтезаторах. Или же возьмем культовую советскую пластинку «Метаморфозы» 1980 года, где классика переложена для синтезатора Синти-100. Единственное, чего точно не стоит делать, — это слушать «Грозу» из «Времён года» на электроскрипке, считая, что это приближает вас к открытию музыки Антонио Вивальди. Говоря о слушании одной и той же музыки в разных интерпретациях, мы, конечно, имели в виду совсем не это.

Правило шестое — смотрите на календарь

Мы называем «современными» литературу и поэзию, которые были созданы в течение последних полутора — двух десятилетий. Приблизительно то же — с другими искусствами, хотя скорость «старения» может у них отличаться. Разное время нужно для того, чтобы художественный язык обновился так сильно, что здание, спектакль или картина перестали быть «современными».

Жёстче всего мы относимся к понятию актуальности в неакадемической музыке. Иногда явления, появившиеся в ней год или пару лет назад, уже считаются историей, не имеющей отношения к сегодняшнему дню. Это происходит потому, что такая музыка тесно связана с жизнью общества — его проблемами, субкультурами, меньшинствами, модой, политическим климатом, мгновенно меняющимся интернет-языком.

Классическая музыка, напротив, кажется оторванной от нынешнего дня и его треволнений. Где мы, с нашими соцсетями, глобальным потеплением и политическими кризисами, а где симфонии Чайковского?

На самом деле, на протяжении всей своей истории музыка то и дело комментировала актуальную повестку дня. Можно привести сотни примеров от «Свадьбы Фигаро» (1786) — комической оперы Моцарта, в которой рассыпаны вольнодумные по тем временам намёки — до «Чёрных ангелов» американского авангардиста Джорджа Крама (1970) — плача по жертвам Вьетнамской войны.

Музыка напитывается атмосферой создавшего её времени. Мы с удовольствием слушаем написанное в XX, XIX, XVIII веках, но вряд ли сможем услышать эту музыку тем, современным ей слухом, который удивлялся тому, что кажется нам привычным, и считывал информацию, которая сегодня ускользает от нас. Поэтому «современной» стоит считать только музыку, созданную совсем недавно, — ту, что напитана сегодняшним воздухом и атмосферой самого близкого прошлого. Какой бы «странной», «футуристической» и «шокирующей» ни казалась нам музыка столетней давности, она — такая же классика, как Моцарт и Чайковский, и к современности никакого отношения не имеет. [...]

Правило седьмое — верьте себе

Тяжеловесные и старомодные оперные постановки, скучные исполнения и ложный пафос — всем этим классическая музыка сильно испортила себе репутацию в глазах современного, а особенно молодого слушателя. Иногда она слишком крепко держится за традицию: настаивает на сценических прочтениях семидесятилетней давности, на массивной величавости оформления — от дизайна афиш до облика ведущих концертов. И тогда современный слушатель может ощущать скуку, досаду, неловкость или желание рассмеяться.

Если во время оперного спектакля вам хочется закричать «не верю!», глядя на роковые страдания героев, не думайте, что с вами что-то не так.

Не стыдитесь того, что вы «не в силах понять великое искусство». Что-то не так со спектаклем. А хорошо исполненная и здорово воплощенная на сцене классическая музыка захватывает так же, как любая другая. [...]

Правило восьмое — не подходите к музыке потребительски

Наверное, это самое сложное правило. И одно из самых важных. Если получится ему последовать, у вас есть шанс открыть для себя громадный музыкальный мир, который иначе останется заперт.

Мы часто думаем, что музыка нам что-то должна. Что она должна быть приятной, мелодичной, расслабляющей, должна вызывать какие-то чувства — желательно вдохновение, оптимизм или лёгкую грусть. Удивительно, но ничего подобного мы не ощущаем к литературе. Или к кинематографу: мы оставляем за ним право шокировать, бередить, пугать и запутывать нас, показывать вещи, натуралистически отталкивающие или глубоко поражающие морально, ставить в тупик, заставлять задуматься. Но музыка подходит к нам слишком близко: звуча в наушниках, пока мы идем по улице или занимаемся делами, она буквально повелевает нашим пульсом.

Музыка — как близкий человек, с которого «спрос» всегда больше, чем с чужого, — и поэтому она должна соответствовать нашим ожиданиям.

Должна быть красивой. Приятно звучать. Нет ничего плохого в желании получить от музыки удовольствие — было бы странно через силу слушать нечто отвратительное. Но удовольствие она способна доставить не только симпатичными звуковыми красками и щемящим мотивом. Примите музыку странной, тяжёлой, непостижимой, ни на что не похожей, холодной, некрасивой, эмоционально давящей. Дайте ей быть свободной от ваших потребительских ожиданий. То, что вы услышите и узнаете в результате, вознаградит вас сторицей.

Рекомендуем книгу

Ляля Кандаурова
Музыкант, журналист, лектор
При копировании материалов размещайте
активную ссылку на www.alpinabook.ru