Мы используем файлы cookies. Продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с этим. Узнать больше о cookies

Издательство «Альпина Паблишер» 123007, Москва, 4-я Магистральная улица, дом 5, строение 1 +74951200704
следующая статья
Как написать хорошую книгу: 5 советов Бориса Акунина

Как написать хорошую книгу: 5 советов Бориса Акунина

Любой автор мечтает написать книгу, в которую влюбятся миллионы читателей. В чем секрет текста, который захватывает и не отпускает до последней страницы? Нужно ли писать на тему, которая волнует всех? Или секрет в обаятельных персонажах? А может, читатели хотят испытывать сильные эмоции, которых им не хватает в жизни — любовь, ненависть, любопытство, страх?

В издательстве «Альпина Паблишер» вышла книга Бориса Акунина «Русский в Англии. Самоучитель по беллетристике». В ней собрано 10 тематических уроков с интересными примерами из истории, заданиями, эссе и даже новыми рассказами, которые Акунин написал специально для книги. В материале — пошаговые рекомендации, которые помогут написать ваш первый роман.

Выбираем тему

Каждому автору хочется иметь успех у читателей и найти свою аудиторию. Однако ориентироваться только на ее запросы ни в коем случае нельзя. В целом задача «написать бестселлер» — в корне неверная.

Тот, кто в качестве двигателя выбирает интерес потенциальной аудитории, ничего живого не напишет.

Как же тогда поступить? Двигаться в обратном направлении!

  1. Составить список тем, которые интересны вам. Это могут быть вопросы, проблемы и загадки, которые вызывают очень сильный отклик: любовь, страх, жгучее любопытство.
  2. Теперь этого списка нужно постараться выбрать ту тему, которая скорее всего заинтересует читателей и издателя. Причем этот шаг можно будет пропускать, как только вы наработаете имя.

Необходимо, чтобы ваши личные ангелы и демоны проникли в текст. Читатель услышит их пение и рычание, его душевные резонаторы откликнутся на живой голос. А если не откликнутся — значит, это не ваш читатель.

Придумываем острый конфликт

Как замечает Борис Акунин, в литературе ярче всего работают два конфликта: взаимная любовь или ненависть персонажей. Второй даже ярче, и беллетристу намного проще применить его в остросюжетном произведения. Когда герои стремятся друг друга уничтожить, это заряжает повествование энергией, электризует его. Вражда персонажей будет держать напряжение до последней страницы.


А вот описать любовь так, чтобы ее прочувствовал сам читатель, — задача не из легких. Не в последнюю очередь это происходит потому, что читатели слышали и видели миллион разных романтических историй и уверены, что знают о любви все. Вам придется искать нестандартные подходы, ситуации и приемы.

Наташа Ростова и Андрей Болконский в Мытищах, илл. Л. Пастернак.

Ошибка, от которой предостерегает Борис Акунин — использовать собственный романтический опыт. Ваши персонажи должны испытывать чувства, которые свойственны им, а не вам. Парфен Рогожин никогда не сможет любить так робко, как Пьер Безухов, Наташе Ростовой никогда не стать Настасьей Филипповной. А кто-то, как лермонтовский Печорин, не сможет полюбить вовсе — и это тоже часть художественной правды.

Пугаем или смешим

Страх — самая сильная, а стало быть, самая продуктивная из человеческих эмоций. Если у вас никак не получается создать комический эффект и рассмешить читателя, это не очень хорошо — но все же не критично. Но владеть техникой устрашения любому автору просто необходимо.

Чего делать нельзя:

  • брать для хоррора страшные события реальной жизни: холокост, геноцид, потерю близкого. Беллетрист должен пугать как будто понарошку, оставляя читателю безопасное пространство;
  • предлагать детально прописанные «страшные» картины. Высший класс — включить читательское воображение, которое само дорисует образ. Загадка намного эффективнее ясности.

Зомбируйте бедного читателя деликатно. Не выскакивайте из-за угла с криком «БУ!», а подбирайтесь на мягких лапах — вкрадчиво, задушевно. «В черном-черном городе, на черной-черной улице...»

Что делать можно:

  • использовать слова с тревожной или зловещей окраской;
  • придумывать маленькие, но нервирующие происшествия: в окно врезается птица, внезапно страшно воет собака, как по покойнику;
  • сделать нечто, на первый взгляд милое, кошмарным. Пушистый котенок, которого вы гладите, превращается в ядовитого паука, а в супе плавают человеческие глаза. Бр-р-р!

Делаем персонажей живыми

Каждому писателю хочется, чтобы его герои запомнились. Чтобы их полюбили или возненавидели, чтобы их имена стали нарицательными, чтобы актеры мечтали воплотить их образы на экране или на подмостках. Как этого добиться?


Распространенная ловушка, в которую попадает начинающий писатель — желание описать персонажа как можно подробнее: рассказать, какая у него одежда, какой длинный нос, какие ресницы, ладони, потрепанная — или наоборот, начищенная до блеска — обувь. Все это важно, но утопать в деталях нельзя — нужно учиться схватывать главное и знать, с какой стороны подать характер.

Мышкин и Рогожин, илл. М. Гавричков; Парфён Рогожин, илл. И. Глазунов.

«Нос его был широк и сплюснут, лицо скулистое; тонкие губы беспрерывно складывались в какую-то наглую, насмешливую и даже злую улыбку; но лоб его был высок и хорошо сформирован и скрашивал неблагородно развитую нижнюю часть лица».

(Ф.М. Достоевский, «Идиот»)

Читая описание Парфена Рогожина, мы ждем от персонажа соответствующего поведения — наглого, насмешливого, агрессивного. На героя падает авторский взгляд, ему могут давать характеристику другие персонажи. Но важнее всего дать герою высказаться, показать самого себя.

Учитесь быть попугаями. Без этого авторского умения ваши герои никогда не станут живыми.

Способность имитировать чужой голос особенно пригодится вам для изображения третьестепенных персонажей. Например, если в комнату входит слуга с одной-единственной репликой «кушать подано», вполне можно сделать его гнусавым, или нервным, или шепелявым. Пусть объявит «куфать подано», и эта маленькая деталь превратит статиста в человека.

Расставляем акценты

Главное в художественном тексте – зачин, первая фраза. В истории литературы не так много первых фраз, которые бы навсегда запомнились читателям. Вот одна из них:

«И доказательств никаких не требуется, — ответил профессор и заговорил негромко, причем его акцент почему-то пропал: — Просто в белом плаще с кровавым подбоем...».

(Михаил Булгаков, «Мастер и Маргарита»)


Суд Пилата, илл. Г. Новожилов, Понтий Пилат, илл. Виктор Ефименко.

Вам нужно придумать такой запев — и ритмически, и по смыслу — чтобы он тянул дальше. Готового рецепта гениальной первой фразы не существует, придется слушать свой внутренний камертон.


А вот с финалом дело обстоит иначе. Чтобы эффектно закончить произведение, нужна техника. Здесь у автора два пути:

  • открытый финал — читателю предстоит самому додумать, что же случилось с героями
  • финал закрытый — удар по уму и эмоциям читателя, или лучше замах без удара. «Фигурально выражаясь, вы заканчиваете роман о „Титанике“ не описанием катастрофы, а тем, что из ночного тумана выплывает нечто огромное и белое. И точка. Занавес».

Главный приз — это не когда человек перевернул последнюю страницу и сказал: «Ох, хорошая книжка!» — и тут же вышел из твоего мира в свой собственный, а когда мысли и чувства, рожденные текстом, побуждают аудиторию возвращаться к прочитанному вновь и вновь.

Рекомендуем книгу

Анастасия Сопикова
главный редактор «Альпина.Медиа»
При копировании материалов размещайте
активную ссылку на www.alpinabook.ru